Проблемный возраст
Когда моя дочь оказалась на пороге переходного возраста, я с тревогой стала ожидать проблем, о которых предупреждают психологические статьи и учителя в школе. И думать, как их избежать. Ведь принято считать, что подростковый возраст и слово проблема – синонимы.
Я решила не ломать стереотип, а, исходя из определения, что проблема - это сложный вопрос, задача, требующие разрешения, исследования, - исследовать.
Сейчас самое подходящее время достать свой подростковый дневник и перечитать его заново. Вспомнить, о чем я переживала, как я переживала тогда. Я захотела осмыслить и понять свой опыт и соединить с тем, что уже узнала, работая как подростковый психолог.
Взрослеющему человеку многому надо научиться, многое понять, принять. И в частности это касается чувств и эмоций. Уметь терпеть их внутри себя – очень важное качество нашей психики, оно развивается постепенно. Подростковый возраст как бы осуществляет проверку, насколько человек может выдержать наплыв собственных чувств, желаний, возбуждения, раздражения, гнева. И пережив подростковую эмоциональную бурю, можно лучше научиться справляться со своими эмоциями, понимать и принимать свои желания, свои тревоги, быть эмоционально вовлеченным в личные отношения, любить, терпеть, сочувствовать, сопереживать.
Но очень важно, чтобы в этот период рядом были люди, которые тоже выдержат этот наплыв. Чаще всего это – родители, семья.
Приближение бури можно определить по жалобам родителей, что совершенно невозможно успеть за сменой настроения. На них она обрушивается в первую очередь. Принимая родителей подростка, я часто замечаю, что и они находятся в сильном возбуждении, тревоге, ведь трудно оставаться спокойным рядом с вулканом, тем более что в этот период оживают и собственные воспоминания.
Подросток сталкивается с потоком своих эмоций. Этот поток еще и усиливается гормональными изменениями в организме. С ним трудно справляться и в начале это пугает. Подростку может казаться, что он сходят с ума. Само по себе сильное возбуждение (в том числе и сексуальное), которое невозможно легко разрядить, может заставлять страдать. Подростка может выматывать то сильное и глубокое переживание радости, веселья, своего всемогущества, то своей никчемности, беспомощности, стыда, вины, несчастья, тоски, раздражения. Появившийся прыщ может испортить все настроение: это чудовищно, большая несправедливость, жизнь кончилась, весь мир только и смотрит на этот прыщ (точно помню, сама переживала). При этом необходимо скрывать свои переживания, особенно от сверстников, так как можно подвергнуться насмешкам. В подростковой группе охотнее демонстрируются агрессивные переживания, брутальные, чем тонкие, драматичные. Поэтому надо быть циничным, выглядеть равнодушным, чтобы спрятать истинные чувства. Но подростковые дневники свидетельствуют об обратном.
Из дневника: «Все, как в последний раз, как последний вдох на глубине из опустевшего баллона. Люблю! Люблю, как дышу. Это ток, бегущий по оголенным проводам. Закрываю глаза – он. Только музыка может выразить это. Кажется, музыка может обнять весь мир, донести до всех и каждого, до него. Дыхание и пульс синхронизируются с ритмом, и любовь поет – что боль, тоска и надежды все не зря. Я хочу, что бы он тоже это услышал».
Из этого же дневника тремя днями позже: «Ненавижу… Убью… Не хочу его видеть.»
Конечно, такие драмы происходят не все 24 часа в сутки, можно видеть и совсем другое: рассудительность, умеренность, вот уже, кажется, повзрослел; то, наоборот, беззаботное, детское поведение, дурачества, веселый азарт, как будто произошел откат назад, как будто было потрачено столько сил, что нужно снова в детство, где нет конфликтов противоположных желаний и стремлений. И в этот момент подросток может услышать упрек в своей несерьезности. Парадокс.
И все же этот возраст действительно самый драматичный и серьезный. Есть важная задача: понять границы этого мира, проверить прочность этих границ, почувствовать собственную самость, даже через риск, разрушение стереотипов, агрессивные действия. Важно найти ответы на вопросы: Кто я? Какой я? Что я хочу делать, а что могу? Где мой путь?
Родители сталкиваются с самым настоящим бунтом, где сомнению, критике и даже разрушению подвергается все, что ценно. Наша задача как родителей – уцелеть, сохранить свои ценности. Эту энергию можно использовать: проанализировать, насколько мы сами удалились от этих подростковых проблем, как мы решаем эти задачи сейчас. Если родители позволяют себе переживать переходный возраст со своим ребенком, то получают позитивный выход: на этом этапе пересматриваются жизненные планы у родителей, открываются новые перспективы, обновляются чувства.
«А будет ли лучше?»
Это фраза из подросткового дневника. Она говорит о том, что подросткам тоже нелегко.
Мы, взрослые, часто говорим, что у них еще вся жизнь впереди. А не лукавим ли мы сами, та ли жизнь впереди, которую каждый из нас рисует себе в горячих, почти бредовых фантазиях, будучи подростком. Эти мечты и прекрасны, и ужасны одновременно, часто идеальны, но полны надежд. Но отчаяние тоже рядом. Легко ли подростку поверить в то, что все впереди, что все изменится, будет лучше? «Не парься», они часто говорят друг другу. Но сами понимают, что это не так просто. Подростку легко потерять надежду и веру, что получиться что-то хорошее, что удастся вырваться из объятий своего детства. Может быть, этот возраст потому и опасен попытками самоубийств. Появляется огромная склонность к драматизации, идеализации, бескомпромиссности в чувствах и поступках: или черное, или белое. Чувствовать психологическую боль, давление очень сложно, когда даже непонятно как это болит, где это болит, не рука, не нога – душа. К подростку приходит осознание, что что-то невозвратно уходит, что реальная жизнь делает многие желания и мечты несбыточными.
В ряде случаев происходит как бы отделение от собственных переживаний, но тогда возникает ощущение безразличия, скуки, безрадостности собственной жизни, равнодушие. И тогда нет силы для осуществления жизненных планов, так сказать, эмоциональной мотивации.
Мне стало понятно, что ставить задачу – избежать всех проблем подросткового возраста – идеально и невыполнимо. Напротив, с проблемами надо сталкивать и решать их, так как только тогда ребенок сможет повзрослеть. Окружающий мир, родители, семейные истории могут мешать или помогать, но независимо от этого процесс индивидуализации будет идти, даже через агрессивное отрицание и разрушение.
И что же, скажете, остается только терпеть и ждать, когда все кончиться? И да, и нет. Терпение, конечно, нужно, но важно и другое. Из опыта работы в подростковой группе я знаю, что очень важно говорить с ними и слушать. В начале работы любой терапевтической подростковой группы на первых встречах подростки сами сильно стесняются открываться. А потом, когда понимают, что атмосфера безопасная, что никто не будет высмеивать, ругать, читать нотации – начинают говорить на волнующие их темы, делиться своим сокровенным. Это дает выход спрятанным чувствам, делая их более спокойными и устойчивыми, помогая решать задачу эмоционального взросления.
Чувства к чувствам, но должен быть порядок.
Кажется, что это парадокс: ведь подросток жаждет свободы и независимости и с этим порядком воюет. Но именно настойчивость родителей, чтобы правила семьи и обязанности подростком все-таки выполнялись, помогает сохранять устойчивость. То есть, если посуду надо мыть, значит надо, если уроки надо делать, значит, их надо делать. Если договоренность не была соблюдена, то об этом обязательно надо сигнализировать. Такое взаимодействие можно описать так. У вас с вашим подростком есть договоренность о том, что он должен делать, это с ним заранее оговорено (например, сходить за младшим братом или сестрой). Тогда можно уверенно с него это спрашивать. Если договоренность не выполнена, вы обсуждаете с ребенком, почему он не смог это сделать. Важно спрашивать с подростка то, что он на самом деле способен выполнить, параллельно выясняя, понимает ли сам подросток причину своего поступка. Важно, чтобы подросток чувствовал, что как бы он не бунтовал, родители рядом и смогут удержать его от разрушительных импульсов. Тогда он будет уверен, что мир выдержит и не рухнет, что жизнь продолжает течь по своим законам. Это не всегда бывает легко делать, тогда родители сами приходят на консультацию к психологу.
Ольга Артемова,
психоаналитически ориентированный психотерапевт
